На очередном заседании совета директоров Банк России принял решение снизить ключевую ставку на 1 процентный пункт — с 18% до 17%. Этот «осторожный» шаг, как отмечают эксперты, обусловлен сложной экономической ситуацией: с одной стороны — замедление инфляции, с другой — риски переохлаждения экономики и снижения деловой активности.
Инфляция: сезонный спад и тревожные сигналы
Хотя в августе наблюдалась дефляция (-0,4% м/м), в начале сентября динамика изменилась: по данным Минэкономразвития, недельная инфляция ускорилась с -0,08% до 0,1%. В продовольственном сегменте цены росли умеренно (+0,06% н/н), в основном за счёт продолжающегося удешевления овощей: картофель подешевел на 4,8%, а «борщевой набор» — на 2,0% за неделю.
Однако, как подчеркивает начальник отдела доверительного управления КСП «Капитал УА» Дмитрий Хомяков, текущее замедление инфляции во многом связано с сезонным фактором — падением цен на плодоовощную продукцию. «Инфляция снижается быстрее прогнозов, но это временное явление. Риски её возврата к росту остаются высокими, поэтому ЦБ не стал снижать ставку более резко», — пояснил эксперт РБК Тюмень.
Прогнозы ЦБ: реальность опережает ожидания
Уже в июле ЦБ пересмотрел прогноз по инфляции на 2025 год в сторону понижения — с 7–8% до 6–7%, отметив, что инфляционное давление ослабевает быстрее, чем ожидалось. Регулятор прогнозировал снижение годовой инфляции до 8,5% к концу сентября — однако этот уровень был достигнут уже 18 августа. Таким образом, фактическое замедление цен продолжает опережать официальную траекторию.
Почему не до 16%?
Перед заседанием среди экспертов велись дискуссии: одни ожидали снижения до 17%, другие — до 16%. Сторонники более мягкого шага (до 17%) ссылались на риски возврата инфляции после окончания сезонного спада. Приверженцы более решительного снижения (до 16%) указывали на признаки «переохлаждения» экономики и необходимость стимулировать бизнес за счёт смягчения денежно-кредитной политики.
В итоге ЦБ выбрал сбалансированный подход: снижение ставки стало возможным благодаря устойчивому замедлению инфляции, но его масштаб ограничен — чтобы не спровоцировать новый виток ценового давления.
